так долго мы носили башмаки
так долго пыль на башмаках носили
что превратились в спящие пески
возле дороги. Мы - уже пустыня,
история. Нас время не страшит,
нас время и при жизни не страшило.
Нам паруса завязывали рты
мы разучились говорить, нам крылья
жестокий ветер привязал к спине
и мы смеялись долго вечерами
над тем, как тело поднималось вверх
и плакало, об облака изранясь:
и начинался дождь, и все столы
сдвигались, все бутылки подставлялись,
все пили горькое вино; и стыл
крепчайший чай в глазах слепых красавиц.
О, шут, одной мы крови! Подойди
к обочине: услышишь то веселье
и сердце, словно бубен на груди,
запрыгает, смеясь и розовея.
И ты поймёшь, что можешь воскресить
безумие дорог своей любовью,
что смех всегда сильнее глупой боли:
о, улыбайся: в этом смехе -- жизнь